«Битва за битвой» — лучший фильм 2025 года по версии Кинопоиска. Десятый фильм Пола Томаса Андерсона — где-то черная комедия, где-то злободневная политическая сатира, а где-то даже и боевик. Левый террорист в бегах (Леонардо ДиКаприо) пытается спасти 16-летнюю дочь от расиста-полковника (Шон Пенн), который, возможно, и есть ее настоящий биологический отец.
В нулевые Боб Фергюсон (ДиКаприо) — эксперт по взрывчатке в левацкой террористической группировке «Френч-75», которая освобождает из лагерей мексиканских нелегалов и оставляет бомбы (после закрытия) в банках и госучреждениях. У него начинается страстный роман с соратницей по имени Перфидия Беверли-Хиллз (Тейяна Тейлор). Однако неукротимая чернокожая Перфидия лишает сна еще одного мужчину — фашиствующего полковника Локджоу (Пенн), который даже больше, чем поймать, хочет уложить ее в постель и вскоре преуспевает и в первом, и во втором. Перфидия рожает девочку (от кого — вопрос), «Френч-75» приходит конец. Боб успевает сбежать с ребенком в городок Бактан Кросс в Южной Калифорнии, населенный преимущественно латиноамериканцами. 16 лет спустя он так и живет там под радарами, покуривая легкие наркотики и запрещая дочери Вилле (Чейз Инфинити) пользоваться мобильным телефоном, однако Локджоу наконец удается их найти.
Юбилейный, десятый фильм Пола Томаса Андерсона необычен во многих отношениях. Например, это с огромным запасом самый дорогой проект режиссера, который всегда работал с приличными бюджетами, но еще никогда — с блокбастерными («Битву» оценивают как минимум в 130 миллионов, из которых, впрочем, двадцать — гонорар ДиКаприо). Также это первый фильм Андерсона, который с некоторой натяжкой или, скорее, на некоторых отрезках можно назвать экшеном (хотя мы помним, конечно, драку Адама Сэндлера с подручными Филипа Сеймура Хоффмана в «Любви, сбивающей с ног»).
Но самое, пожалуй, интересное — другое: автор, знаменитый своей ретро-ориентированностью, обращенностью в прошлое (последний его фильм с действием в наши дни — та самая «Любовь» 2002 года), внезапно снял кино обжигающе актуальное, не то что про сегодня, а даже немножко и про завтра. Фабула «Битвы» в общих чертах взята из романа Томаса Пинчона «Вайнленд», где речь идет про радикалов-хиппи в эпоху Рейгана. Но это противостояние — 1960-е против грядущих 1980-х — Андерсон уже исследовал в своей предыдущей пинчоновской экранизации «Врожденного порока» и теперь решил проапдейтить его до конфликтов XXI века. Учитывая съемочный период, ясно, что он не следовал за повесткой, а угадывал ее. И попал идеально: новостные кадры про Нацгвардию в Лос-Анджелесе и рейды ICE можно было бы прямиком вмонтировать в фильм. Возможно, все это наконец принесет ведущему американскому режиссеру пару давным-давно заслуженных «Оскаров» — многие уже делают на это (преждевременные, наверное) ставки.
Кто совершенно точно не уйдет как минимум без номинации, так это Шон Пенн, который взял предельно карикатурный злодейский образ и увел его еще чуть дальше, туда, где наше отвращение уже уступает место каким-то более сложным чувствам. Локджоу с его драгоценной униформой, диковинной походкой и запутанной сексуальностью мечтает вступить в тайное общество «Рождественские искатели приключений» — могущественную ложу протестантов-расистов, контролирующих бизнес и власть. Наличие дочери от черной женщины ставит крест на его перспективах, что, собственно, и приводит в действие механизмы сюжета. Но коллизия с Локджоу, конечно, и метафорическая. Революция в лице и теле Перфидии вызывает у него острое сексуальное возбуждение (Андерсон, который всегда любил шутки про пенисы, и тут не прошел мимо темы эрекции). Это обстоятельство впоследствии приводит к тяжелому, почти древнегреческому вопросу: что если он, полковник — отец следующей революции в лице юной, но уже полной гнева Виллы.
Фактический, так или иначе, папаша девочки — полная противоположность Локджоу. У него не нацистская челка, а запущенный хвост, не форменная футболка в обтяжку, а старый халат, в котором он бегает полфильма, как близнец Лебовски (с последним их также роднит любовь к разнообразным веществам). На Рика Далтона Боб не похож, но ДиКаприо включает здесь то же комическое, нескладное обаяние, которое нашел у него Тарантино. Он не перетягивает на себя одеяло (много чего происходит на экране без его участия), и все равно кровь, которая бежит в венах «Битвы», параноидальная энергия фильма в первую очередь его. Уморительный эпизод, в котором герой звонит по конспиративному номеру, но никак не может вспомнить пароль, поскольку много лет назад прокурил эту часть мозга, — почти на уровне нервного срыва в трейлере в «Однажды в... Голливуде».
Боб — легенда вооруженного подполья, однако за 16 лет, пока он сидел перед телевизором и пересматривал Джилло Понтекорво, жизнь ушла далеко вперед, что он и сам замечает (порой брюзгливо, порой восторженно). В частности, окружающие его латиноамериканцы без шума организовали куда более эффективный резистанс, чем когда-либо был у «Френч-75» (это, к слову, коктейль; вообще, Андерсон унаследовал у Пинчона любовь к дурацким названиям и фамилиям и, не исключено, взял актрису Чейз Инфинити из этих же соображений). Очень смешная роль у Бенисио дель Торо — он играет невозмутимого сенсея, обучающего Виллу боевым искусствам, а Бобу помогающего в тяжелую минуту.
Экшен-сцены — в первую очередь погони — удаются Андерсону предсказуемо восхитительно. Он складывает их немного по-другому, чем профессионалы этого жанра, но и с саспенсом, и со зрелищностью всё в полном порядке, будь то беготня по крышам или почти сюрреалистическая дуэль автомобилей на пустынном шоссе, изгибающемся, как волны, под нервное постукивание Джонни Гринвуда. Майкл Бауман, оператор «Лакричной пиццы», использовал камеры широкоэкранного пленочного формата VistaVision, который переживает ренессанс после «Бруталиста». И в «Битве», помимо рутинного блеска, есть эпизоды выдающейся красоты. Скажем, глубоко беременная Перфидия, палящая из автоматической винтовки, — броский образ, попавший на постеры, а внутри фильма не без горечи рифмующийся с похожей сценой уже с участием ее дочери.
Отношение автора к населяющим картину разного рода революционерам — от хипстеров до монашек — вообще неоднозначное. «Битву за битвой» можно было бы переименовать в «Предательство за предательством»: под нажимом фашистов в форме ясноглазые бунтари стремительно ломаются снова и снова. Но другого выхода, чем сопротивление, все равно нет, говорит Андерсон и плавно переводит политическое в лирическое.
Этот удивительный фильм, в равной степени (часто буквально одновременно) смешной и серьезный, посвящен, как постепенно становится понятно, не революционному террору, а отцовству. Отцовство — это ответственность, и может показаться, что часть этой ответственности — подготовить детей к следующей бесперспективной битве. Но в утешение Бобу и всем остальным встревоженным отцам выясняется, что дети, когда надо, все равно разберутся сами.